Айлинн
sacrifice | призрак города H. | исчадье декабря (с) [You cannot save people. You can only love them. (c) Anais Nin]
И здесь тоже будет.
Очередное ночное, очередное без ритма и рифмы, неоднозначное, большое и очень стрёмное.
У меня в сюжете новый персонаж, который мог бы вот такое писать, поэтому не отпускает.


I.

Тихо-тихо в доме.
Мыши не шуршат, кошка не мяучит; чай не кипит, и посуда не гремит, и вода не шумит.
И в спальне тихо - только дышит женщина, и песню не поёт, и не шьёт, и не вяжет, и не ждёт к себе никого.
Некого ждать ей.
И всё ж стучит кто-то в дверь её - видно, гость незваный.
Не дрогнула она - только лоб наморщила.
- Кто ты, там, на пороге моём?
А стоит там девица - то ли малая, то ли постарше; худы руки её, бледно лицо её.
Долго молчала она, прежде чем ответ дать, и вдруг рот её скривился,
точно страшной болью скрутило её и страшным позором.
- Я горе твоё, матушка.

II.

Горе, горе.
По дороге едет «скорая».
Мигалка на крыше.
Отчаянная сирена.
Мальчик глядит ей вслед, не шевелясь.
Он должен привыкать.
Ведь он когда-то тоже станет доктором.
Как отец,
как дядюшка,
как дед по матери.
Красный крест - как пересечение рваных ран.
Кровь.
Кровь.
Мальчика трясёт.
Он видел её слишком много.
На сломанном птичьем крыле.
На разбитой коленке маленькой соседки.
На страницах учебника истории.
На асфальте.
На снегу.
На всех экранах на свете.
Он больше не может смотреть на неё.
Слишком слабый.
Ты станешь доктором.
Ты будешь спасать чужие жизни.
Нет, матушка.
Я не гожусь в герои.
Никого я не спасу.

О чём замечтался?
Марш за уроки!
Мальчик молчит.
Меж страниц тетради он прячет другой листок.
На него он выпускает собственную кровь -
не жалея себя,
без остатка.
Он убивает себя множество раз.
Под обстрелом.
На эшафоте.
На грязном месиве дороги.
Так же, как убивали всех, кого он не смог спасти
и кого не сможет.
Строчки на белом.
Его кровь - дурная, чёрная.
В ней война, которой он не видел,
и любовь,
которой не получил.
Спрятать.
Спрятать.
Иначе - вырвут, сомнут, выкинут,
так же, как тогда.
Да чего ты тут понаписал?
Что ты возомнил о себе?
Да тебя пальцем тронь - расплачешься.
Тряпка.
Убожество.
Что, будешь в мусоре рыться,
кот помоечный?
Он глотал слёзы
и переписывал всё на чистый лист.

III.

...девочка смотрит в окно.
Девочка читает его стихи.
Она никогда не видела его,
но ей кажется,
что он совсем близко - только протяни ладонь.
Задумавшись,
она касается экрана кончиками пальцев,
и по её венам
бегут огоньки.
Тепло.
Жарко.
Живое.

Что в темноте-то сидишь, глупенькая?
Девочка вздрагивает
и отдёргивает руку.
«Мама...»
Мать тихо подходит к ней
и заглядывает ей через плечо.
Такая усталая,
грустная,
немножко сутулая.
Вздыхает.
«Страсти-то какие...»

Девочка не отвечает ей.
Не хочет опять расстраивать.
«Мама, мама.
Посмотри, сколько вокруг печали.
Я хочу раскрасить этот мир, мама.
Петь песни, чтобы люди слышали.
Сняться в фильме,
чтобы заработать много денег
и всё раздать бедным.
А потом
поехать куда-нибудь на север,
кормить там тюленей
и бездомных кошек,
и, может быть,
выйти замуж
за такого же сумасшедшего.
А вернувшись домой,
усыновить трёх детей
и родить им ещё одного братика».

Я понимаю, мама.
Чтобы петь и играть, нужен талант,
и ещё немножко удачи,
а удача - капризная птица.
Сегодня есть, завтра нет.
А надо, чтобы было всегда.
Тихая работа.
Маленький дом,
ухоженный, чистый.
И если всё это есть,
можно даже не идти замуж,
если не хочется.
Да, мама?

Но она качает головой.
Хмурится.
Снова вздыхает.
И вдруг спрашивает -
всё так же устало, грустно, негромко:
«Господи...
Да что он может знать-то, дурочка?»

Строчки на экране.
Живые огоньки пляшут перед глазами.
Девочка молчит.
Девочка читает его стихи -
про себя,
наизусть.
Ты не права, мама.
Он может знать.
Он знает обо мне всё.

IV.

Стоит женщина на пороге, руки на груди, глаза дикие.
Кто это явился в дом её, кто это морока напустил?
И читает она про себя молитву, а сама замок отпирает, кланяется.
- Ах, прости-прости, дитятко, не признала тебя сразу, не признала.
«Господи, Господи, приглашать ли внутрь, накормить ли, обогреть ли несчастную?
А если то покойница или дух нечистый - что-то будет тогда со мною?»
Но не переступила девица порога.
Шагнула она назад - и сказала, горестно, да со сталью в голосе:
- Простите. Дверью ошиблась.

@темы: Творчество_тексты, Творчество_стихи